May 20th, 2016

звезда

Каруна

Каруна — сострадание

Метта, бескорыстное желание блага другим, — это основа всех Брахма вихар. Все остальные Брахма вихары тоже имеют в основе метту — это все та же эмоция, которая возникает в ответ на разные ситуации, выявляющие наши глубинные качества.
Например, каруна — это исполненный метты отклик на страдания других. Она больше, чем просто дружеское чувство. Если мы настроены ко всем дружественно, а потом замечаем, что кто то страдает, то чувствуем необходимость какого то более глубокого отклика. Нам мало прежнего дружелюбного, открытого, щедрого чувства ко всем живым существам, каким бы добрым оно ни было. И просто осознавать чужие страдания тоже недостаточно. У нас возникнет желание помочь. Если мы на самом деле желаем счастья тем, кто страдает, то сможем войти в их положение и будем стремиться по мере сил облегчить их страдания.
С одной стороны, мы осознаём их страдания, с другой стороны — исполнены желания помочь. Сочетание этих чувств дает жизнь новой эмоции — состраданию. Сострадание — это желание облегчить страдания другого человека, чтобы он мог быть счастлив.
В целом, сострадание требует от нас даже большего, чем метта. Как правило, людям бывает очень трудно найти правильный подход к страданиями других, пусть даже самым незначительным. Мы склонны связывать страдание с неудачей и не желаем признавать, что такая неудача возможна. Иной раз нам кажется, будто даже признать, что человек страдает — значит его уронить его в глазах других. «Нет, нет… с ним все в порядке, ничего плохого не случилось. Оставьте его в покое, пусть живет своей жизнью», — подчас говорим мы и больше не думаем об этом. Но в некоторых случаях подобный подход может быть попыткой оправдать собственное равнодушие к нуждам других людей.
Столкновение этих эмоций — лишь одно из испытаний, которым мы постоянно подвергаемся, видя страдания других. Чтобы человек ни переживал — мимолетное неприятное чувство или тяжкую жизненную драму, тот факт, что мы знаем об его страдании, может поставить нас в трудное положение. Мы склонны прятаться от пронзительной мысли о том, что все люди вокруг нас страдают, каждый по своему, и это может искажать наши эмоциональные реакции.


Далекий враг сострадания — жестокость

Иногда люди стараются, порой неосознанно, не соприкасаться с чужим страданием. Это может привести к жестокости. Жестокость — это равнодушие к страданию (когда причиняют страдание или получают от этого удовольствие, — это тоже жестокость.) Когда обстоятельства дают нам власть над теми, кого мы не любим, нам может потребоваться немало душевных сил, чтобы не воспользоваться этим случаем. Подчас то, что в другом человеке нам не нравится и вызывает у нас неприятные переживания, является источником страданий и для него самого. Но это может совершенно ускользать от нашего внимания, особенно если мы склонны наивно считать себя «милыми, славными людьми». Необходимо сознательно прилагать усилия к тому, чтобы признать свои неприязненные чувства и увидеть, что человек тоже страдает.
Жестокость — далекий враг сострадания. Ясно, что следует избегать подобной реакции, а по возможности и давления на других людей, которое может ее спровоцировать. Необходимо признать, что порой мы способны на жестокость именно из за собственного нежелания сталкиваться с чужим страданием.


Близкие враги сострадания

Дилемму человеческого страдания едва ли можно легко разрешить. Однако, если мы хотим оставаться верными своему стремлению к духовному росту, необходимо искать какое то решение, по крайней мере в собственном сердце. Медитация на тему Брахма вихар создает хорошие возможности для такого поиска.
Ежедневно переживая такие противоречивые чувства, мы можем распознать двух близких врагов сострадания — сентиментальную жалость и паническую тревогу, которые мы рассмотрим ниже. Эти эмоции можно ошибочно принять за сострадание или, по крайней мере, считать в чем то полезными. На самом же деле они могут повлечь за собой сугубо отрицательные последствия. Обе они берут начало в чувстве страха, который возникает у нас при столкновении с чужим страданием. Страдания других людей нередко вызывают у нас боль и смятение. Мы часто не способны откликнуться на чью то тяжелую ситуацию тепло и сердечно, поскольку слишком озабочены собственными неприятными переживаниями по этому поводу.


Сентиментальная жалость

Сентиментальная жалость возникает в тех случаях, когда мы, стараясь уклониться от неприятных переживаний и замаскировать их, жалеем страдающего человека. Нас охватывает столь сильное смятение или страх, что мы не способны даже попытаться понять его ситуацию или вмешаться в нее. И все же мы считаем такой отклик на страдание положительным.
Если мы не осознаём, что сентиментальная жалость — это «неискусная» реакция на страдание, она легко становится основой для объяснения причины чужих страданий, причем к ней нередко могут примешиваться едва заметные оттенки презрения и снисходительности. Люди часто говорят: «Какая жалость…» или что то в этом роде, но не вкладывают в свои слова искренних чувств. На самом деле им все равно, даже если они так не думают.
Иной раз мы выражаем сочувствие и сожаление попавшему в беду человеку и думаем, что проявляем подлинное сострадание, но в глубине души чувствуем страх или смятение. Мы не желаем разбираться в том, какая помощь ему действительно необходима. Верным признаком этого является неискреннее и отстраненное общение с человеком. Мы не вникли в его потребности и, по правде говоря, не испытываем никакого желания в них вникать. Больше всего нам хочется поскорее выйти из этой ситуации (хотя, возможно, нам самим так не кажется), потому что она пугает нас и приводит в смятение. Разумеется, человек, который попал в беду, это обнаружит, независимо от глубины своего страдания.
Особенность подлинного сострадания в том, что мы берем на себя труд по настоящему войти в ситуацию попавшего в беду человека. Cентиментальная жалость может развиться в холодное равнодушие, а в конце концов даже в жестокость.


Паническая тревога

Еще одна ложная форма сострадания — паническая тревога, но возникает она несколько по иному, чем сентиментальная жалость. Мы позволяем себе пережить то мучительное чувство, которое чужое страдание вызывает в нас. Вся беда в том, что это переживание настолько овладевает нами, что полностью заслоняет от нас самого страдающего. И вновь получается, что в действительности мы его совершенно не воспринимаем. Нас до того поглощают его страдания (или то, что нам таковыми кажется), что мы цепенеем и впадаем в панику, а потому не способны оказать реальную помощь, хотя и можем изобретать все возможные способы разрешения его ситуации. Поскольку мы испытываем некое чувство, явно имеющее отношение к страдающему человеку, то можем убедить себя, что это и есть сострадание.


Боязнь переживаний

Чтобы лучше понять, как проявляются два близких врага сострадания, можно представить свои чувства при встрече с другом, в жизни которого недавно произошла настоящая трагедия: его ребенок погиб в автокатастрофе. Весть об этом ужасном событии вызвала у вас тяжелые переживания, но как на них реагировать (если, конечно, у вас есть выбор)?
Возможно, вы просто не захотите ощутить силу собственного потрясения и попадете в ловушку сентиментальной жалости. Вы произносите дежурное: «Как это ужасно!», — но не способны ответить на страдание друга глубоким личным переживанием. Позже вы скажете кому то: «Вот бедняга, какой ужас!», — но по прежнему не позволите себе никаких чувств. Или чисто внешне будете проявлять бешеную активность, но так по настоящему и не поймете, что ему в действительности нужно. Обе эти эмоциональные реакции на страдание происходят от боязни переживаний.
А вот пример панической тревоги: узнав о трагедии, вы из ложного сострадания сами впадаете в депрессию и таким образом устраняетесь от всякого сопереживания. И снова вы ничем не помогаете своему другу: ведь ему, скорее всего, просто необходимо знать, что вам не все равно, что, вы, по крайней мере, хотите его понять и желаете ему добра.
звезда

Тот, кто ушел туда

23 мая в петербургском музее «Эрарта» 9 июня в Московском доме музыки состоится премьера рок-кантаты Антона Батагова «Тот, кто ушел туда» на основе древних буддистких текстов.

Существует очень много музыки в жанре «нью-эйдж» — с мантрами под красивую электронную музыку, которая, говорят, вызывает у людей состояние умиротворения и расслабления. Я вряд ли могу к этому серьезно относиться. Современный мир таков, что все что угодно становится предметом приятного потребления, но буддийские тексты совершенно не умиротворяющие, они беспощадные. В смысле отношения человека к себе. В них нет никакого успокоения, а есть приглашение к работе над собой. Я не знаю музыки, которая в этом ключе работала бы с такими текстами. Только «Кундун» Гласса. Там, кстати, текстов-то нет, но есть нечто более важное. (А. Батагов).

*«Кундун» (англ. Kundun) — фильм режиссёра Мартина Скорсезе, посвященный религиозному деятелю и духовному лидеру тибетских буддистов — Далай-ламе XIV. Музыка к фильму - Philip Glass.

Кантата "Тот, кто ушел туда" появилась благодаря многолетнему общению и сотрудничеству композитора и пианиста А. Батагова с уникальным человеком, которого зовут по-русски Олег, а по-тибетски – лама Сонам Дордже.

"Тот, кто ушел туда" – так называл себя Будда (на пали и санскрите – татхагата). Он никогда не говорил "я". Туда – значит за пределы смерти и круга перерождений, именуемого сансарой. Это в точности соответствует хорошо знакомому "смертию смерть поправ". Уйти "туда" может не только тот Будда, который жил 2500 лет назад, но и любой человек. "Те, кто уходят туда", объясняют нам, как всё устроено, и показывают, какие препятствия мешают нам уйти туда же.


В основе сочинения – три древних текста.
1. "Последние слова Сенге Вангчука". Величайший йогин и мастер медитации Сенге Вангчук, живший в XI - XII веках, произнёс их в момент смерти, когда его тело растворялось в облаке радужного света. Это признак достижения высочайшей степени просветления. В буддийской традиции считается, что любой, кто произнесёт или услышит эти слова, избежит неблагоприятных перерождений." (лама Олег)

2. "Молитва Самантабхадры" – одна из самых известных тибетских молитв. Этот текст был спрятан великим мастером Падмасамбхавой в IX веке, а в XIV веке найден другим мастером – Ригдзином Годэмом (1337-1408). Молитва приписывается изначальному Будде Самантабхадре. Несмотря на то, что Самантабхадра не является историческим лицом и никогда не жил на Земле, нам посчастливилось получить несколько текстов, возникших из его просветлённого ума. Эти тексты передавались на Землю так называемым держателям знания не физически, а в откровении, а они распространяли их среди обычных людей или прятали "до лучших времен", если в данный момент не было никого, кто мог бы обеспечить дальнейшую передачу в неискаженном виде. Падмасамбхава был одним из важнейших держателей знания за всю историю.
В этой молитве содержится суть всего буддийского учения. Она показывает источник всех наших заблуждений и следствие этих заблуждений, а также предлагает способ освобождения от страданий и от причин страданий – негативных эмоций и двойственного восприятия. Когда мы читаем или слушаем эту молитву, мы погружаемся в медитативное состояние, обдумывая её строки и направляя ум в сторону пробуждения. Согласно буддийским учениям, Самантабхадра воплощает просветлённое сознание, которое находится в каждом из нас, поэтому его слова можно расценивать как голос нашего не загрязненного духовного потенциала. Услышав свой настоящий голос, мы начинаем пробуждаться от спячки неведения. В конце молитвы сказано, что все существа, которые услышат эти слова, не смогут не освободиться от страданий и достигнут просветления в течение трёх жизней." (лама Олег)

3. "Третий текст – "Поклон тридцати пяти буддам". Это первая часть моего сочинения. Мое знакомство с этим текстом произошло за несколько лет до встречи с ламой Олегом, но удивительным образом он послужил как бы предисловием к этой встрече.
Молитва, подобная этой, есть во всех традициях. И в христианстве, и в иудаизме, и в исламе есть множество слов, которые употребляются в качестве имен и эпитетов Бога. Это не имена разных богов, а атрибуты и ипостаси одной трансцендентной невыразимой сущности. В буддийской традиции есть практика раскаяния в своих грехах, при которой произносится 35 имен – 35 эпитетов Того, Кто Ушел Туда, и выполняются так называемые простирания (земные поклоны). Отправляясь в это путешествие, вовсе не обязательно быть буддистом. Эти слова предельно универсальны. Они, как законы физики, не имеют религиозной принадлежности. Музыка – тем более" (А. Батагов)

"А в четвертой, заключительной части, в качестве текста использована одна буква: А. Считается, что самая высшая мудрость, самое глубокое знание о том, как устроен мир, для изложения которого во всех тонкостях требуются сотни томов, может быть передано одной-единственной буквой А. Если долго распевать звук А, вслушиваясь в него, ты сам становишься этим звуком, ты становишься тем, кто ты есть на самом деле, а знание о мире и о тебе самом проникает в тебя без слов и без философии." (А. Батагов)

Трейлер к премьере рок-кантаты «Тот, кто ушел туда»





Лама Олег